Владимир КАРНОУХОВ точно знает, сколько стоит дом построить. Он - ветеран Ангарского управления строительства со стажем 45 лет. Работал главным бухгалтером с 1984 по 1998 год. За свою работу имеет более 30 поощрительных записей в трудовой книжке. Грамоты и медали.

- Владимир Ананьевич, сейчас молодежь старается выбрать где полегче и поденежнее. Как вы выбрали профессию?
- Уже с 12 лет я работал в колхозе им.Чкалова в Нижнеилимском районе учетчиком. Из-за войны в деревне практически не осталось грамотных мужиков, а я учился в школе на пятерки, вот меня и назначили.

В 16 лет «подрос» до кладовщика. Конная молотилка намолачивала до 60 центнеров зерна. И я вместе с помощником ворочал эти кули. На весы положить, снять, отвезти в амбар, рассыпать на просушку… Старухи пророчили: «Ты, паря, не жилец!» От непосильной нагрузки резко начало падать зрение. Меня сняли с этой работы и назначили сначала учеником, а потом счетоводом. Я наизусть помнил, сколько каждый колхозник заработал трудодней и кому сколько выдать натуральной оплатой. Как активного комсомольца в 1949 году меня избрали секретарем сельсовета, но колхозники затребовали меня на прежнюю должность и избрали заместителем председателя колхоза. Трудно было. Колхоз восстанавливался после войны, тракторов не было - все делали на лошадях. Нужда и беспросветность. Мне хотелось чего-то большего, да и глаза надо было лечить. Под этим предлогом я навсегда уехал из деревни. Понимаю сегодняшнюю молодежь, которая в поисках лучшей доли уезжает из города. Но теперь я понимаю и то, что здесь, если приложить умелые руки и умную голову, жить можно.
В Ангарск я приехал в мае 1953 года. Сразу же устроился в АУС-16 рабочим-путейцем. Ну не целую же жизнь было гайки крутить! Бухгалтеры тогда были наперечет, а у меня какая-никакая, а подготовка. Поступил на платные курсы обучения бухгалтерскому делу. Стоили они тогда 700 рублей, а на руки я получал 1200-1500.
Я понимал, если хочу чего-то добиться, нужно учиться. 13 лет набирался знаний на вечернем и заочном отделениях институтов. При этом активно участвовал в общественной жизни.
Постепенно дорос до главного бухгалтера централизованного управления производственных предприятий, которым стал в 1975 году, а в 1984 году меня назначили главным бухгалтером Ангарского управления строительства.
- Как вы успевали и учиться, и за все АУС считать?
- В нашем управлении «считали» все подразделения АУС. Только строительно-монтажных управлений было 11, шесть заводов по производству железобетона. У бухгалтерии было отдельное здание, в котором работали 260 человек. Мы были одни из крупнейших в главке и Министерстве среднего машиностроения. На стройке ежегодно изготавливали до 260 тысяч кубометров сборного железобетона. Сто тысяч кубометров уходило на строительство Ангарска, а остальные расходились по стране. Из нашего железобетона построено пять городов. Ежедневно из Ангарска уходило по 60 вагонов с нашей продукцией. И все успевали подсчитать. К нам даже приезжали из Ленинградского института подготовки кадров за опытом. Я читал там лекции.
Стройка кормит кучу смежных отраслей. По железной дороге мы вывозим свою продукцию. Пользуемся электроэнергией, которую вырабатывает ГЭС. Покупаем горючее для автотранспорта… Стройке нужны стёкла, гвозди, краски, окна, двери… На каждый рубль, вложенный в строительство, приходится семь-восемь рублей на другие отрасли. Если стройка развивается, деньги и работа будут у многих.

- И все эти расходы включаются в стоимость жилья?
- На каждый вложенный в строительство рубль должна быть отдача рубль двадцать - рубль пятьдесят. И это себестоимость, а не прибыль. На одного строителя приходится три-четыре подсобных рабочих: водитель, бетонщик, сварщик. Их труд тоже нужно оплачивать.
Почему сегодня такие высокие цены на жилье, сказать трудно. Но то, что в Ангарске жилье одно из самых дорогих по стране, это точно. В Красноярске, Томске жилье дешевле. Из-за дороговизны сейчас трудно найти заказчиков, которые бы могли себе позволить начать строительство.

- Говорят, что стройка - это «золотое дно», где не своровать - себя не уважать…
- Конечно, были хищения. И по мелочи: горючее слить, рулон обоев украсть… Тут никакой самый строгий контроль не спасет. Самое крупное хищение, которое я помню, в пересчете на теперешние деньги было в размере 100 тысяч рублей.

- Каждое предприятие старается сэкономить, и главный генератор идей - это бухгалтер. Что вы придумывали?
- Знаете, из каких средств появилась тринадцатая зарплата? Обычно мы в начале года 100-200 тысяч из средств предприятия вкладывали в банк под 10-20 процентов годовых. В конце года эти деньги снимали, навар расходовали на собственные нужды. Нашли способ сэкономить на выплатах по несчастным случаям: страховали людей. И если беда все-таки происходила, издержки несли страховые компании.
АУС - одно из первых предприятий, которое провело акционирование. Нужно было напечатать акции. Когда обратились в типографию, оказалось, что за каждую акцию нужно было заплатить 25 рублей. А нам их надо было 1,5 миллиона. То есть обошлось бы нам это удовольствие в 37,5 миллиона рублей. Юрий Иванович АВДЕЕВ, который тогда руководил управлением, позвал меня и попросил что-нибудь придумать. И придумали!

- Какую работу ангарских строителей вы считаете самой сложной?
- Это было в командировке. Помимо строительства городов нас как одну из крупнейших строительных организаций кидали в те места, где происходили стихийные бедствия. Я вместе с еще 140 сотрудниками ездил на ликвидацию чернобыльской аварии. Там было создано чернобыльское управление 605. Зарплата превышала обычную в десять раз. Люди за два месяца (а больше там не держали) зарабатывали на машину. Если здесь я получал 250 рублей, то там 2500 в месяц.
У меня был пропуск по все зоны. Конечно, было очень любопытно, какой он, саркофаг. Помню, с одним из сотрудников подъехали к нему и дотронулись. Нас в этот момент сфотографировали в газету, и этот сотрудник потом счастливый бегал, что он попал на снимок. Мы тогда не задумывались, какую дозу схватили. Многих из тех, с кем я тогда ездил, уже нет в живых.
Очень старались, чтобы машины, которые возили бетон и гравий для его производства, не выезжали из «грязной зоны». Для этого была создана даже перевалочная база. Чистая машина выгружает бетон на этой базе, а грязная загружает его в себя. Потом эти машины там и похоронили. А мы вернулись в Ангарск.

- У вас есть места, которыми вы гордитесь, потому что их построило ваше предприятие?
- Люблю ДК «Современник» и храм Святой Троицы. А уникальной архитектурной изюминкой города я бы назвал Центральный рынок.

Алёна ЗОРИНА,
фото из личного архива Владимира Карноухова

Эти люди не только строили Ангарск. В чернобыльской командировке. Владимир КАРНОУХОВ – пятый справа.